Языковой барьер 2, или «Знал бы арабский, читал бы Хайям


Военный информационный портал
Языковой барьер 2, или «Знал бы арабский, читал бы Хайям
Языковой барьер 2, или «Знал бы арабский, читал бы Хайяма»

В одной из предыдущих баек я уже упоминал о нашем отношении к арабскому языку. Хотелось бы вернуться к этому вопросу еще раз, точнее, к последствиям данного вопроса.

Служил у нас в роте паренек Вася. Хоть звали его по паспорту иначе, но его все называли Васей, да и сам он так представлялся при знакомстве. Вася был азер (под этим словом я ничего не хочу сказать оскорбительного, просто национальность кратко) и мусульманин, а еще очень хороший друг и смелый воин.

— Вася, а как ты в своих стреляешь?



— Да ты охренел? Какие они свои! Вы мне свои, за каждого из вас роту этих положу.

И это было не бахвальство, я лично ему верил как самому себе. Ну так вот, Вася в совершенстве владел азербайджанским и понимал по-турецки. Языки-то родственные. И на подготовке к ротации тупо косил и честно спал на уроках языка, будучи абсолютно уверенным, что на миссии у него проблем с этим языком не будет. Ротный тоже был рад подарку судьбы в виде Васи — дополнительного ротного переводчика и знатока мусульманских традиций, и возлагал на него большие надежды.

Ну, а муслим Вася был тот еще. Впрочем, у нас половина христиан таких, чего греха таить. Он был давно обрусевший и выросший в современном мире паренек, который ел свиную тушенку, сало и пил с нами наравне. Правда, один раз, когда нас освящал поп перед отправкой он попросил, немного стесняясь,нас прикрыть его от святой воды. Мы оттеснили его в задний ряд, он присел и мы прикрыли его от капель. Вряд ли кто-то из нас подумал тогда об уважении к другой вере или еще о какой подобной ерунде типа толерантности. Мы просто помогли другу, и всё. Вот таков был наш друг Вася. Хотя почему был, таким и остается, здоровья ему и его семье, счастья двум близнецам его.

А теперь по теме. На миссии самоуверенность Васи испарилась вместе с нашими надеждами. Оказалось, что то, что он знал и понимал, — фарси, а тут все лопочут по-арабски. А традиции ислама отличаются не то что в пределах государства, а и в пределах провинции и даже города. Вот такой казус. Так что пришлось нам на опыте познавать тонкости общения с местным населением. И потихоньку служба пошла. Патрули, конвои, блокпосты, аресты и зачистки, конфискация оружия (которого, казалось, больше, чем населения) и местные разборки. И так каждый день, мы терялись в числах и днях, уставали и валились с ног, но НИКТО НИКОГДА НЕ ЖАЛОВАЛСЯ. Я, по крайней мер, не слышал.

И вот очередной досмотр безымянного аула. Мы уже чуть-чуть знали правила и традиции, и обыск проводили с учетом оных. Приехали, спешились, взяли бэтээрами аул в кольцо, нашли старейшину и договорились об осмотре, предложили сдать нелегальное оружие и боеприпасы, выдать боевиков, предупредили о последствиях. Вместе с ним прошли по хибарам, по возможности заходя и на женскую половину. Вели себя уважительно. Кстати, мы, славяне (поляки, словаки), отличались от некоторых коллег по коалиции именно своим отношениям к местным. Думаю, что это одна из главных причин малого количества жертв с нашей стороны. Мы понимали, КАК себя нужно вести, в отличие от амеров. Их обыск был как ураган, приехали, постреляли без повода, всех на землю без разбора. Глядя на них, я понимал арабов, и их нелюбовь к пиндосам. Хотя в общении с нами те же амеры были вполне нормальными и учтивыми людьми.

Вася ходил между домами, заглядывая в щели заборов. В какой-то момент я потерял его из виду, и вот, когда я уже собирался его искать, он вынырнул из хибары с двумя китайскими АК и пакетом рожков к ним.

— Фу, блин, в машине прятал. Я, его спрашиваю: "Есть силях (оружие)". А он башкой мотает, а потом пистолет припер. А пока он за ним ходил, я машину во дворе у него обшманал. Я б ему один автомат оставил, но не хрен обманывать. Оба забрал. А вот пистолет оставил, нехай тараканов стреляет.

Вася, довольный самим собой, проверил АК на разряженность и кинул их под ноги КПВТэшнику.

Мы залезли на броню и он вполголоса добавил:

— А еще я ему пендаля дал и неустойку снял.

— Как это, бабками? - Все осуждающе посмотрели на Васю.

— Да че я, совсем отморозок! Во, глядите. - Он достал из-под броника плоскую зеленую запечатанную бутылку. — Вечером бухнем?

— А чево это такое?

— А шут его знает, в холодильнике стояла.

Приехав на базу, мы в столовке набрали закусон и открыли по случаю припрятанную родную банку тушняка. Решили так: найдем переводчика-араба, спросим, что за пойло, если все ОК — бухнем. Если нет — выкинем. Не учли, что переводчик на ночь домой уходил. До 22:00 ходили кругами, никто не ложился. Взводник заподозрил неладное:

— Ну, чего не спим, завтра с утра на блокпосты.

Мы переглянулись — может, взять в долю. Мужик-то Олег нормальный. Все глянули на Васю — его ж бутылка. Вася вздохнул и подсел к взводному:

— Слушай, Олег, тут такое дело…

Через пять минут Олег был в курсе и уже со знанием дела разглядывал пузырь. На нем по-арабски было что-то написано золотыми буквами на фоне каравана верблюдов в пустыне. Обычно все имело дубляж на английском, но тут он отсутствовал. Единственная понятная многообещающая надпись — это знак % возле арабских цифр (кстати, цифры которые у нас принято называть арабскими, — 1,2,3, — оказалось, таковыми не являются). Кто-то припер разговорник, и взводный перевел цифры в градусы:

— 37.

Все присвистнули, для местного пойла почти яд. А для нас голимая паленка. Олег принял радикальное решение:

— Забирать у вас ее бесполезно. Один хер еще надыбаете. Рисковать вами тоже нельзя — что я за командир буду. Поэтому я пью первым, грамм 100, курю, ждем полчаса, рассказываю, как вставило. Серега, —это он нашему санинструктору, — приготовь чем желудок промыть в случае чего.

Олег откупорил бутылку, понюхал содержимое. Протянул другим, все однозначно согласились, что пахнет спиртом. Налив стакан, взводный медленно его выпил. Лицо его при этом несколько раз меняло своё выражение — от радости до отвращения. Опустив пустой стакан, он отказался от намазанного тушенкой хлеба, аргументировав при этом:

— Для чистоты эксперимента.

Вышли, закурили. Чувствуя важность момента и направленные на него взгляды Олег задумчиво смотрел в ночное небо и в свой внутренний мир:

— Ща, ща. Вкус сигареты, как после водки, нормально. Обожгло тоже похоже. Как-то в желудке тяжеловато. Но колик нет. Это уже радует. Кажется, пучит.

И так полчаса комментариев с долгими паузами затяжек сигарет. Мы сидели как на иголках. Вы не подумайте, что одна алкота собралась. Нет, ну был какой-то азарт сделать то, чего нельзя в армии. К тому же первый раз здесь. Я, например, к этому моменту не пил месяца четыре точно.

Наконец, Олег, в последний раз заглянул в глубины своего я и вынес краткий вердикт:

— Можно.

Все кинулись в располагу. Почти литр ушел быстро, за 40 минут максимум, без перекура. Разлили 3 раза. С непривычки всех быстро развезло, закусь почти не ели. Вкус у пойла был тот еще. Какой-то голимый разбавленный самогон с непонятным бензиновым привкусом. Фу, мерзость. Меня после первой передернуло, но от второй я не отказался. Вышли покурить, постояли, поболтали вполголоса и легли спать. Олег командирской волей нас уложил. Лежа в кроватях, вспомнили пару анекдотов и как-то незаметно все уснули.

Наутро я проснулся с забытым вкусом каки во рту. Пошел почистить зубы. Там уже стояли такие как и я и усердно терли зубы. Все лукаво улыбались и спрашивали о самочувствии друг друга. Голова почти не болела, и я был готов нести службу. Мы собрались перед инструктажем на лавке в курилке. Кто-то с перспективой заговорил о приближающемся дне рожденья, и где можно пробить вчерашнего пойла, чтобы его отметить. Пришел переводчик Иса. Кажется, один я видел, как Вася отозвал его в располагу и показал ему пустую бутылку. Иса посмотрел на неё, внимательно прочитал этикетку, о чем-то спросил собеседника. Выслушав ответ, он посмотрел на нас в курилке и улыбнулся на весь рот, начал что-то объяснять. Я видел, как менялось лицо Васи, слушавшего переводчика. Оно озадаченно вытягивалось и принимало глупый вид. Вася оборвал Ису на полуслове и потянул его за руку к нам:

— Мужики, тут такое дело… Объясни, Иса, пацанам.

Иса осмотрел нас внимательно.

— Вы это вчера пить? — с небольшим акцентом спросил нас бывший полковник несуществующей ныне армии Иса Абдуль.

Мы дружно закивали:

— Ага. А чево это, Иса?

Мою голову долбила мысль о послевкусии вчерашнего пойла — бензин, а там тетраэтилсвинец (антидетонатор), а там — привет, импотенция. Меня передернуло. Да ну нет, с утра все нормально было — вигвам стоял. Иса улыбнулся на 32 зуба:

— Да я думаю, ничего, вам не станет плохо. Это лекарство для животных дома, чтобы черви из попы выходили.

Все не сразу догнали, в чем дело. Черви из попы? Че за фигня. Кто-то додумался вслух:

— ОТ ГЛИСТОВ?

В следующую секунду все хохотали. У меня случилась истерика. Я глядел на Васину улыбающуюся харю, и не мог остановиться. Иса махнул на нас рукой и пошел по своим делам. О нашей пьянке он никому не сказал. Молодец, с понятием мужик. Все-таки Новороссийское военное училище оставило в нем след.

P. S. Мораль я уже озвучивал: учите языки, пригодятся. Не знаю, как у кого, но у меня глистов до сих пор не было. Значит, подействовало средство.

Материал из topwar.ru

Популярные статьи

Загрузка...

Последние статьи


Навигация