Почему ВПК выступает за запрет закупок иностранной во


Военный информационный портал
Почему ВПК выступает за запрет закупок иностранной во
Почему ВПК выступает за запрет закупок иностранной военной техники

Ассоциация российских профсоюзов отрасли оборонной промышленности (АРПООП) совместно с Федерацией независимых профсоюзов Российской Федерации (ФНПРФ) обратились с заявлением к президенту Д.Медведеву и премьер-министру В.Путину с требованием запретить закупку военной техники за рубежом. В своем письме профсоюзы выразили несогласие с заявлением, которое сделал министр обороны А.Сердюков, о том, что министерство не собирается приобретать российскую технику по поднятым ценам.

В частности, по этому вопросу Андрей Чекменев, председатель Всероссийского профсоюза работников оборонной промышленности, сказал следующее: «Цены сложились уже очень давно. Причем непропорционально низко непосредственно для промышленности. Минобороны заявляет, что закладывает 20% рентабельности в себестоимость производства военной продукции. Но кто определяет себестоимость? Специалисты от министерства рассматривают себестоимость производства и задают вопрос, почему металл покупается по вот такой цене, а не по другой, более низкой. Производители в ответ начинают объяснять, что, конечно, можно купить дешевле, но для этого необходимо закупить не одну, а несколько тонн металла, а им для конкретного производства требуется буквально 10 килограмм жидкого металла. Министерство обороны также устанавливает совершенно неправомерно низкую заработную плату на оборонных заводах. В лучшем случае средняя заработная плата, которая была прописана в прошедшем году, умножается на т.н. дефлятор. Это непонятная цифра, рожденная в недрах Министерства экономики. На 2010 г., например, утвержденный дефлятор - 1,034. К реальной инфляции указанная цифра не имеет ни малейшего отношения. То есть зарплата в 16 тысяч рублей с учетом дефлятора увеличиться лишь до 16,5 тысяч рублей, тогда как на предприятии она на уровне 25 тысяч рублей. В итоге производитель оборонной продукции будет платить зарплату, более высокую, чем закладывает Минобороны. При этом официальные представители Минобороны делают такой вид, словно им незнакомы такие общепринятые понятия, как тарифное соглашение, коллективный договор, в которых четко расписаны уровни зарплаты штатных сотрудников предприятий. Вот и происходят споры у завода и Минобороны. Чиновники из министерства не признают ту себестоимость, которую рассчитывает предприятие, и ставит свое условие – либо мы покупаем по такой низкой цене, либо не покупаем вообще. Завод вынужден соглашаться, несмотря на то, что для него это будет не 20% заложенной рентабельности, а всего 5%, так как он закладывает себестоимость продукции несколько выше, чем министерство. В итоге мощное предприятие работает только себе в убыток. И здесь вступает в действие закон, который запрещает экспорт некоторых видов продукции, и у предприятий нет другого выхода, кроме как согласиться на поставленные условия, так как продать свою продукцию за исключением Минобороны никому не могут. У предприятий ОПК с Минобороны не рыночные, а, можно выразиться, диктаторские отношения. Еще одной проблемой является задержка при распределении госзаказа. Госзаказ на 2011 год до этого времени так и не распределен, а идет уже ни много ни мало седьмой месяц. В итоге первую половину года предприятия практически не работали. Как быть с рабочими? Должны ли они за эти полгода получать зарплату? При этом производство продукции военного назначения стоит, собирается лишь что-то другое. Но есть большое количество предприятий, которые направлены только на оборонку. Нет у них производства ни гражданки, ни товаров широкого потребления. И в данной ситуации завод вынужден залезать в долги, чтобы платить людям зарплату, которые во второй половине текущего года должны будут вырабатывать военную продукцию. А Минобороны утверждает, что нас это совершенно не касается, пускай они получают зарплату лишь за эти пять месяцев, которые фактически работали, и ту зарплату, заложенную нами в себестоимость. Минобороны фактически отделило себя от промышленности. Ранее в советские, а также в первые постсоветские годы оборонный комплекс всегда стоял на первом месте. У государства есть армия, и есть промышленность, которая готовит средства вооружения. Теперь Минобороны указывает, что армия – это мы, а военная промышленность нас не касается, пусть ею Минпромторг занимается. Если отечественный завод выставляет продукцию своего производства по высокой цене, мы покупать ее не будем, мы ее приобретем в другом месте, заявили в Минобороны. Мало того, еще и глава государства сказал, покупайте там, где хотите. Если это очередная «пугалка» такая, типа, смотрите, директора, можете доиграться, – это одно. Но если это впоследствии перейдет в реальность, то существующее понятие национальной безопасности окажется под угрозой полного краха. Минобороны придерживается избранной позиции, что они готовы приобретать только самое хорошее по самой низкой цене вне зависимости от того, кто эту продукцию будет производить. В современных рыночных условиях это срабатывает вполне нормально. Но в оборонной промышленности нашего государства нет привычных рыночных отношений. Минобороны является монопольным покупателем, нет выхода на международный рынок, а предприятия сегодня находятся в крайне тяжелом финансовом положении спустя 15 лет не-работы. Предприятия самостоятельно боятся поднимать вопрос, потому что опасаются потерять госзаказы. Но мне как главе отраслевого профсоюзного комитета пожаловаться могут».



Российская оборонная промышленность работает сегодня по системе военных представительств, на каждом предприятии находится группа представителей Минобороны. Тщательная военная приемка – это особый институт, весь процесс изготовления военной продукции протекает под непосредственным контролем Минобороны. И именно российское вооружение всегда славилось. Они контролируют весь поступающий металл, комплектующие, и благодаря этому на выходе получаются на 100% годные изделия. Например, цена на автоматы ижевского завода значительно выше, чем на производимые в других местах, но в то же время их все равно покупают, и причина – высокое качество.

Сегодня существует разница между ценой продажи и себестоимостью заводов для конкретных видов вооружений. Так, известно, что себестоимость вертолета Ми-17 $4 миллионов, продается на экспорт за $16 миллионов. У танка Т-90 себестоимость примерно $2,3 миллиона, а продается на экспорт за $6–7 миллионов. Конечно, продавать на экспорт дороже государство просто обязано, это своего рода поддержка отечественного производителя. В то же время высокие цены не отпугивают зарубежных покупателей, так как качество российской военной техники проверено многолетним опытом применения в реальных условиях. Например, индийцы, которые прекрасно разбираются в военной технике, предпочитают покупать дорогие российские Т-90, потому что они знают, что этот танк будет служить долгие годы и причем безотказно.

Правда, сегодня идет реорганизация института качества, приемку упрощают, сокращают количество людей. Уменьшается и вся оборонка, там, где ранее работало 15 тысяч человек, теперь 2 тысячи. На некоторых предприятиях своей приемки не будет вообще, она будет распределена на 2-3 завода. Это менее удобно, и как следствие от этого может пострадать качество.

С другой стороны, вполне возможен брак и сегодня. Во-первых, если на протяжении долгого времени не производили какую-либо сложную продукцию, то воспроизвести ее заново довольно сложно. Тогда заводчане иногда прибегают к хитрости, что, как правило, в итоге выливается в брак. Вторая причина – крайне низкая зарплата и что самое главное неквалифицированные рабочие. Если сегодня заработная плата на оборонном предприятии составляет 8 тысяч рублей, то какое качество можно требовать с человека, который еще вчера работал на земле, был обыкновенным крестьянином, а когда внезапно понадобилось увеличить объемы текущего производства, завод вынужден собирать людей с окрестных деревень.

Сегодня Минобороны постепенно уходит от финансирования опытно-конструкторских разработок и научно-исследовательских работ. Министерство сегодня серьезно реорганизуется с одной целью - жесткая экономия. Но когда экономия превращается в самоцель, можно поставить любое предприятие в такие реальные условия, что у него остается лишь два варианта – либо производить брак, либо полностью прекратить свое существование.

Особенно в жесткие условия экономии поставлены научные учреждения. В 2009 году Минобороны объявило, что предприятия должны сначала разработать что-то полезное, произвести опытный образец, испытать его и показать, и тогда министерство посмотрит на результаты и может быть сделает одолжение и закажет новое изделие. Но где заводам брать деньги на подобные реверансы? Сегодня сложно представить, что оборонные предприятия с их нынешним финансовым состоянием смогут себе позволить что-либо изобрести. В итоге оборонная промышленность России находится у разбитого корыта, когда продавать свою продукцию напрямую они не могут, а собственному военному ведомству она не нужна. К чему это может привести в итоге, очевидно и не искушенному в финансовых и других делах человеку – крах независимости национальной обороны государства.

Материал из topwar.ru

Популярные статьи

Загрузка...

Последние статьи


Навигация